Идентификация евреев как «хапиру» и «шасу»

В науке неоднократно поднимался и по-разному решался вопрос соотношения ибри и хапиру. Большинство историков высказывается за то, чтобы видеть в них одну и ту же группу. В. А. Сафронов и Н. А. Николаева дают убедительную аргументацию в поддержку теории об их тождестве[1]. Древние евреи явно относятся к категории хапиру, или ‘аперу (египетск. ‘PRW). За это говорит не только фонетическое сходство сутийско-еврейского имени ибри и аккадского хапиру, но и культурно-исторические и чисто хронологические параллели. Так назывались внесоциальные бродячие кланы и орды, которые, скитаясь по восточным странам, добывали пропитание скотоводством, разбоем, а также службой в наёмных войсках. Это были политически нестабильные элементы, постоянно склонные к агрессии, насилию, революциям. В Ханаане хапиру были известны как политическая оппозиция низших слоёв кочевого семитского населения засилью и тоталитарной модели управления индоевропейцев (гиксосов-марту). В свою очередь осёдлое ханаанско-хурритское население видело в кочевниках угрозу земледельческим хозяйствам и орошающим их источникам воды, которые эксплуатировались семитскими скотоводами. Их взаимоотношения обострились к XV столетию до н. э. в связи с увеличением численности городского населения и, соответственно, с сокращением незанятых пастбищных угодий, на которых паразитствовали эти кочевники[2]. Теперь уже старый арио-семитский взаимовыгодный симбиоз стал никому не нужен и мир Ханаана погрузился во тьму хаоса и бесконечных междоусобиц.

О хабири/хапиру упоминают многие документы Египта, Палестины, Анатолии, Месопотамии, Угарита, начиная уже с конца III тыс. до н. э. (архивы Мари). Важно отметить, что хапиру впервые появляются из зоны пастбищ кочевых племен, которые граничили с северными районами Мари[3], а значит, несомненно, хапиру, как и евреи, выделились из сутийской среды скотоводов.

Поэтому наука встала перед дилеммой: или признать, что евреев до эпохи ассирийского завоевания или даже вавилонского плена не было вообще, поскольку ни один древний текст не знает такого этноса как ибри[4], или же отождествить их с “хапиру”. Хотя семантическая связь “хапиру” и “ибри” считается недоказанной, однако выведение из “хапиру” представляется единственной на сегодняшний день правдоподобной гипотезой происхождения древних евреев и единственной альтернативой отрицанию существования древних евреев вообще на основании полного отсутствия каких-либо других подтверждающих иные версии артефактов. В качестве дополнительного аргумента следует обратить внимание на то, что о хапиру свидетельствуют практически все окружающие Израиль ближневосточные цивилизации. Упоминаний хапиру как орд, которые постоянно тревожили ханаанских князей и наместников или нанимались к ним на службу, нет только в Библии. А значит евреи и были этими хапиру.

Под аккадским термином хапиру подразумевались “изгои”, “странники”, “бродяги”, что точно соответствует социальному статусу Авраама, описанному в Библии. Хапиру также имело значение “бандитов”. Так, письмо из царского архива Мари сообщает о группе хапиру численностью в 2000 человек, которые занимались разбоем[5]. Интересно, что близкий к ибри и хапиру северо-кавказский термин абрек означает то же самое: от осетин. abræg – “скиталец, разбойник”. Считается, что корни слова абрек ведут в иранское слово, обозначавшее “бродяга, грабитель” – человек, ушедший в горы, живущий вне власти и закона, ведущий партизанско-разбойничий образ жизни; также – кавказский горец, изгнанный родом из своей среды за преступление, обычно убийство.

Первоначально хапиру представляли собой одиночные шайки разбойнических ватаг, которые позже стали сколачиваться в уже более значительные бандитские группировки. Предлагается этимология, согласно которой хапиру происходит от семитского корня ʽpr – ‘прах, пыль’ с вероятным смыслом ‘деклассированные люди, человеческий прах, грязь, мусор’. Шумерским синонимическим эквивалентом хапиру была логограмма SA.GAZ, что значит ‘подрезатели жил’; в целом она изображала лиц, атакующих ханаанские города. Подрезание жил было способом лишить противника его главного оружия – лошадей и колесниц. Хапиру, шуту и древние евреи не умели управлять лошадьми, и когда они захватывали их, то единственное, что могли сделать – подрезать им жилы, а колесницы сжечь (И Нав 11:9; ср. 2 Цар 8:4[6]). Это был типично семитский способ ведения войны. Кроме того, евреи таким же способом портили и чужой крупный рогатый скот, который сами не разводили (Быт 49:6).

Семантика ибри и хапиру на самом деле очень близка (‘перешедшие, странствующие’). Разумеется, к этнической составляющей ни ибри, ни хапиру отношения не имели изначально, несмотря на попытки превратить ибри в этноним, нацию, народ. Собственно, на чисто израильской почве это позднее и случилось, хотя из Библии очевидно, что слово ибри (еврей) в древнееврейских текстах употребляется очень редко (не более тридцати раз), в отличие от названия Израиль, которое и служило в качестве главной этнической самоидентификации еврейских колен. Причем ибри употребляется лишь в специфических случаях: или когда речь вложена в уста иностранца, или в уста израильтянина, разговаривающего с иностранцем, или же относится к соотечественнику, находящемуся на чужбине. То есть ибри всегда носит характер обобщающего внешнего детерминатива. Никто никогда не знал о существовании такого народа в восточном средиземноморье как ибри. Однако мы уже выяснили, что этническая принадлежность Авраама и ибри имеет сутийские контекст и морфологию. Народом были именно сутии-шуту, которые везде описываются как семиты. Авраам по национальности был сутием, а по своему социальному статусу – ибри-хапиру (разбойничающим бродягой, перешедшим Евфрат). Это наилучшим способом разрешает проблему этнического происхождения “заречных” ибри и их места в рамках ближневосточных государственных структур.

По заключению ученых, специализирующихся на вопросе этногенеза древних евреев:

“Совпадение имени хапиру в египетских и месопотамских документах, а также связь его с древними евреями=ибри служит доказательством того, что акк. hapiru, др.-евр. haʽibrî – один и тот же этноним древнееврейского племени, отделившегося от основной массы семитского населения Древнего Востока. Вторичные значения хапиру – “бандиты, стоящие вне родоплеменных, общинных и иных социальных связей” – отражение того отрицательного отношения, которое испытывало население стран, столкнувшихся с вооруженными чужеземцами-евреями”[7].

Не может быть никаких сомнений в том, что, называя в Быт 14:13 Авраама именем haʽibrî, библейский автор имел ввиду известный исторический ближневосточный соционим hapiru. Первичный смысл обоих названий так или иначе связан с рекой Евфрат (евр. Perat), от имени которой (внимание!) происходит всем известное обозначение морских разбойников – пиратов. Никакой натяжки тут нет, стоит только заглянуть в греческий перевод LXX Быт 14:13, в котором евр. haʽibrî передается как ὁ περάτῃ, причем интересно, что во всех других случаях haʽibrî в переводе LXX подаётся иначе – как ὁ Εβραῖος (вероятно – дело рук поздних редакторов). В греческом ὁ περάτῃ связано с понятием ‘переправы, пересечения, переплывания’ (περαιόω), а также продажи в рабство (περάω), откуда и возникла этимология лат. и греч. пират (pirata/πειρᾱτής) – ‘морской разбойник’, то есть “пересекающий что-либо” в целях грабежа. Но именно так понимались в древних текстах сами hapiru – как бандиты (в данном случае “перешедшие” через реку Евфрат, название которой послужило базисом для слова “пират”).

Несомненно, палестинское завоевание хапиру при фараоне Эхнатоне по времени примерно совпадает с библейской датировкой вторжения израильских колен в Ханаан. Это отмечается всеми историками. В результате этого местные хапиру слились с еще одной волной кочевников, пришедших из пустынь с юго-восточных окраин после исхода из Египта, и поэтому в библейском каноне тоже стали частью истории Израиля.

“В Библии содержатся две традиционные версии завоевания. Одна из них помещена в начале Книги Судей, согласно которой это был длительный процесс и каждое племя в ходе его захватило отдельную территорию. Вторая помещена в Книге Иисуса Навина. Там говорится о том, что Иисус Навин учредил союз племен и организовал военную кампанию, с помощью которой он и завоевал большую часть страны. Ранее некоторые ученые считали, будто эти легенды противоречат друг другу, но сегодня почти все исследователи пришли к выводу о том, что один библейский рассказ может дополнять другой: поход, осуществленный под руководством Иисуса Навина, был всего лишь одним этапом значительно более длительной борьбы, в ходе которой каждое племя сыграло важную роль в завоевании определённого региона”[8].

Также эти события накладываются на вторжение в Палестину несколькими десятилетиями позже “народов моря”, которые, в свою очередь, не только внесли в регион новый этап политической дестабилизации, но и были подобным образом вписаны (например, в лице колен Дана, Гада, Манаса и др.) в израильскую историю наряду с хапиру, шуту и шосу.

Даже если условиться, что на раннем этапе патриархального периода хапиру и ибри представляли собой некие разные несводимые между собой этносоциальные группы, то позже они несомненно должны были полностью слиться, поскольку деятельность их имела между собой много общего (как бы ни пытались историки подчеркивать и преувеличивать разницу), происходила на одной и той же территории, совпадала по месту и времени, имея множество исторических параллелей. В противном случае никак не решаем вопрос, куда вообще вдруг подевались эти хапиру, столь политически активные в предызраильскую эпоху, если не стали естественной и органичной частью Израиля и общей с ним истории?

Вывод может быть однозначным:

“Анализ документов о хапиру XV-XIV вв. до н. э. убеждает нас, что хапиру – это ибри-евреи… Упоминания о хапиру, зафиксированные древневосточными документами, выстроенные в хронологическом порядке, образуют историю Израиля догосударственного периода от момента выделения древних евреев из массива “заречных” западно-семитских народов с последующим самоопределением племени Израиль до избрания ими первого царя Саула… Основные вехи истории хапиру совпадают с этапами израильской истории до Саула”[9].

idrimi

Идрими – вождь ханаанских хапиру,
потомок одного из их предводителей

Последние арийские цари Палестины, даже находясь в то время под протекторатом Египта, оказались в крайне незавидном положении и умоляли фараона помочь им спастись от хапиру. Так, пеласгийский царь одного из городов Ханаана Дагантакала просил фараона Эхнатона “спасти от хапиру и шуту… пусть мой господин защитит свою землю от рук хапиру. Если нет, пусть царь, мой господин, пришлёт колесницы забрать нас, иначе наши слуги убьют нас”[10].

Этот текст служит ярким подтверждением выдвинутому выше предположению о том, что сутии являлись подданными князей амореев, восставшими против них (“наши слуги убьют нас”).

В том же архиве мы читаем донесение царя города Килту под Иерусалимом с ведийским именем Шувардата, который писал тому же Эхнатону:

“Владыке, господину моему, следует знать, что народ хабиру в землях, которые Бог всех владык, господин мой, дал мне, и что я побил их, и что лишь я и Абди-Хеба остались сразиться с вождём хабиру. А Зурата, правитель Акко, и Индарута, правитель Ахсафа, поспешили мне на помощь в обмен на пятьдесят колесниц, которых теперь я и лишился. И вот, они сражаются против меня, и да будет милостив владыка, господин мой, и пошлёт Джанаму, чтобы мы могли достойно встретить противника и восстановить земли владыки, господина моего, в их прежних границах”.

Упомянутый в донесении арийский царь Иерусалима, гиксос с хурритским именем Абди-Хеба, так описывал своё положение:

“Потеряны земли царя… Хапиру разграбили все земли царя”.

Из другого письма:

“Я стал подобен кораблю посреди моря… Хапиру захватывают города царя. Там нет ни одного правителя царя, моего господина. Все погибли…”

Хапиру убивали всех, и это точно соответствует описанию захвата Ханаана Иисусом Навином, главным методом “завоеваний” которого был геноцид, включая грудных младенцев (Втор 32:25; 1 Цар 15:3). Возникла ситуация, прямо противоположная библейскому описанию и тому, как дело представляют сторонники теории “нордического Израиля”: более культурно и экономически развитое осёдлое население Ханаана, костяк которого составляли индоевропейцы (марту-ярусы, хурриты, хетты и др.), поголовно истреблялось инорасовыми варварами, стоящими на низшей ступени развития. И этому предшествовала идеологическая подготовка – дискредитация и клевета в отношении народов Ханаана, выраженные в сказании о Каине и Авеле (оно было перевёртышем с шумерского мифа “Лахар и Ашнан”[11]), в мифе о проклятии Ханаана (для чего в текст была внесена коррекция, заменившая имя Хама на имя Ханаана), в мифе о Содоме и Гоморре, в обещаниях Бога своему избраннику Аврааму отдать его потомкам всю “Землю Обетованную”, а также в многочисленных описаниях “мерзостей” ханаанеев, кои те якобы совершали в ходе своих религиозных церемоний. Шла активная промывка еврейских мозгов, в которые твёрдо должно было быть вбито представление о народах Ханаана как “нечистых” и поэтому подлежащих поголовному истреблению (в дальнейшем такая маниакальная идея была перенесена уже вообще на “все народы”, см. Ис 34:2). Всё это скорее всего являлось идеологической провокацией, призванной инициировать и обосновать ненависть к несемитскому населению Палестины, в которой произошло столкновение двух несовместимых миров с различным вектором развития и расовым происхождением. Не исключено, что варварский погром, учиненный хапиру в Палестине, был направлен в том числе и против наших арийских предков, которые в силу сложившихся исторических обстоятельств, в период политического хаоса и раздробленности, оказались наименее защищенными от подобных нападений, и их тоже коснулся еврейский разбой. Обилие санскритских имен палестинских царей, сопротивлявшихся нашествию хапиру, впечатляет. Их последние оплоты представляли собой замкнутые оазисы цивилизации, где из своих укрепленных замков арийские феодалы наблюдали через узкие оконца за происходящим на улицах и полях, пока, наконец, не были полностью истреблены евреями.

Постоянное всецерковное со стороны русских православных христиан прославление за богослужением (в частности, при чтении Псалтыри) геноцида племен Палестины выглядит одновременно и смешно, и по-настоящему дико!

*     *     *

Еще одно семитское этнополитическое образование, которое обычно связывают с происхождением искусственного этноса евреев, это шосу или иначе шасу. Они упоминаются в разнообразных древнеегипетских текстах и их значение там определено точно такое же, как и у хапиру и шуту. Шосу – это разбойничающие семитские кочевники, значение имени которых – “пастухи” и “разбойники” (егип. š’sw – ‘кочевать’).

“О взглядах египтян того периода на шасу можно составить представление на основе египетских текстов, которые практически всегда упоминают шасу в контексте военных действий. Эти кочевники либо сражаются против египетских войск в Сирии и Палестине, либо предстают в виде банд грабителей, действующих на свой страх и риск. В одном папирусном тексте рассказывается о злодеях шасу, которые кишели на горных перевалах и проходах земли ханаанской, «прячась в кустарниках», и «сочетали в себе свирепый вид с безжалостным сердцем, не слушая никаких доводов»”[12].

Именно эти шасу в Египте являлись подданными гиксосов (“царей шасу”), изгнание которых при фараоне Яхмосе I совпадает по времени и имеет очевидные исторические параллели с библейским описанием Исхода. По египетским источникам шасу локализуются как в Сирии (долина Бекаа, истоки Оронта), так и указывается южный очаг их расселения (на Северном Синае вплоть до приграничных районов Южной Палестины включительно – “шасу Эдома” на Стеле Меренптаха[13]). Фараоны сразу трёх династий (XVIII, XIX и XX) вели постоянную войну с ордами шасу, регулярно угрожавшими границам Египта. Учитывая место определённых общностей шасу на карте Сирии-Палестины, открывается возможность опознания шасу под тем или иным аккадоязычным названием переписки из Телль эль-Амарны. На эту роль в научной литературе весьма часто рекомендуются шуту Амарны (для которых, как и для шасу, характерно общее значение “номады”), а также некие habbati, что значит “грабители” (в евр. языке шосэ – “грабитель”). Такое отождествление сутиев, шасу и хапиру логично, учитывая тот факт, что шасу, как и хапиру, не являются этнонимами. Так или иначе, шасу считались таким же самым этнополитическим компонентом внегородского агрессивного и неуправляемого населения Ханаана, как сутии и хапиру[14]. И вовсе не случайно их имена в древних документах часто стоят рядом. Тем не менее ареал распространения шасу и сутиев не всегда совпадает, что, однако, нисколько не мешает сделать вывод не только об их близком родстве, но и о том общем вкладе, который внесли эти племенные группы в процесс формирования еврейского квазиэтноса в том виде, как он сложился после “завоевания” Ханаана. Германский библеист Мартин Нот полагал, что сказания об Исааке и Аврааме, присовокупленные на позднем этапе формирования Пятикнижия, первоначально распространялись и развивались у жителей Негева, и что “их историческое место следует искать в кругу кочевников на южной окраине страны”[15]. Очевидно, что шасу были теми протоевреями, которые вышли с Моисеем из Египта и с юго-восточных границ вторглись в Ханаан, где позже, объединившись с хапиру и другими семитскими кочевниками, приняли самое активное участие в бесчинствах и разрушении остатков арийской цивилизации Ханаана.

Поскольку в южном направлении локализация шасу лучше всего совпадает с территориями преобладания именно амалекитян Синая и Эдома, историки предлагают отождествить южных шасу с ними[16]. За этот факт говорит хотя бы упоминание в Библии амалекитян под термином “шосэ” (שׁסה) в 1 Цар 14:48. Амалекитяне шасу имели прямое отношение к древним евреям и в религиозном контексте. Египетские источники упоминают “Страну Шасу Яху”[17], и действительно – по библейской истории якобы первое знакомство евреев с амалекитянами происходит в некоем Рефидиме, в непосредственной близости от Горы Бога (Исх 17), на которой было получено откровение Яхве. Если египтяне определяли шасу как поклонников Яхве и связывали их с амалекитянами, то логично провести параллель между шасу-амалекитянами и древними евреями, несмотря на неоднократно заявленный в Библии антагонизм между евреями и амалекитянами, который возник, видимо, уже в ходе создания эпической абсолютно нереальной израильской псевдоистории, противопоставившей евреев всем народам, даже самым близкородственным.

Для того, чтобы окончательно удостовериться в правоте моих выводов, достаточно обратиться к древнеиндийскому тексту Бхавишья Махапурана, датируемому ок. 115 г. н. э., в котором сообщаются дополнительные данные о пребывании Иисуса Христа в Индии. В рукописи сообщается о Кашмирском царе Шалихаване, который “установил границу между ариями и млеччхами (амлекитами), определив реку Синдху (Инд) в качестве границы между двумя группами народов”. Далее говорится о том, что царь саков в месте под названием Вьен около Пампура в Кашмире встретил светлокожего святого человека, назвавшего себя Ишвара Путурам, который поведал ему о себе и рассказал, как он “проповедовал истину амлекитам” в “далекой земле, где нет истины и зло не имеет пределов” и “пострадал от них”[18]. Таким образом этот индийский памятник прямо указывает на то, что иудеи являлись амлекитами (амалекитянами), тождественными млеччха Вед.

>ОГЛАВЛЕНИЕ<


ПРИМЕЧАНИЯ:

[1] См.: Сафронов В., Николаева Н. История Древнего Востока в Ветхом Завете, стр. 60-82.

[2] См.: Всемирная история. Под ред. Ю. П. Францева. Том 1. М. 1953. // Страны и племена. Палестина. Палестина во II тыс. до н. э. Образование племенных союзов в Палестине.

[3] См.: Сафронов В., Николаева Н. Указ. соч., стр. 75.

[4] Исключение, разве что, может составить упоминание аморейского царя Эблы Ибриума, предположительно носящего в своём имени корневую основу ибри, правившего в XXIII столетии до н. э. Однако я считаю, что это имя имеет отношение к совсем другому этносу – народу ибер (подробнее иберийскую проблему я рассмотрел в Приложении 2). То же можно сказать и о царе гутиев Ибрануме (см. там же). В любом случае это имена царей, а не этноса.

[5] См.: Заблоцка Ю. История Ближнего Востока в древности. М. 1989, стр. 192.

[6] Во втором случае Давид, уже имея в своём распоряжении элитных наемников крито-пеласгов, часть лошадей оставляет для колесниц, которыми они могли управлять. Тем не менее, он еще пользуется старым излюбленным способом хапиру-сагаз подрезать жилы лошадям.

[7] Сафронов В., Николаева Н. Указ. соч., стр. 76.

[8] Анати Э. Палестина до древних евреев. М. 2007, стр. 361-362.

[9] Сафронов В., Николаева Н. Указ. соч., стр. 73.

[10] Цит. по: Анати Э. Указ. соч., стр. 358.

[11] Текст см.: От начала начал. Онтология шумерской поэзии, стр. 74-79.

[12] Коллинз Э., Огилви-Геральд К. Проклятие Тутанхамона, стр. 304.

[13] Там же, стр. 301.

[14] См.: Васильев А. Шасу новоегипетских источников и ранняя история Израиля.

[15] Нот М. История Древнего Израиля. СПб. 2014, стр. 147.

[16] См.: Васильев А. Указ. соч.

[17] См.: Алинг Ч. Имя Яхве в египетских иероглифических текстах; Коллинз Э., Огилви-Геральд К. Указ. соч., стр. 301; Keyser D. The True Pronunciation of the Sacred Name. Кайзер считает, что подлинное чтение по-египетски должно быть IHOA или IHUA, но никак не IHVH.

[18] Цит. по: Хасснайн Ф. В поисках исторического Иисуса. М. 2006, стр. 226-228.

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s