I.8. Эсхатология

Эсхатологические представления были весьма развиты в иудейской среде, но они существенно отличались от провозвестия Иисуса о приближении Царства Божьего. С ветхозаветным иудаизмом абсолютно несовместимы: Его учение о всеобщем воскресении мёртвых; декларирование в качестве знамений наступления Конца (переходного этапа к мессианскому Царству) проповеди “всем язычникам” (Мф 24:14/Мк 13:10, ср. Мф 28:19-20), полного замещения “избранного” еврейского народа “язычниками” в грядущем Царстве (Мф 8:11-12, 21:43 вопреки Дан 2:44 “царство это не будет передано другому народу”), возвышения “язычников” над иудеями в достижении грядущих благ (Мф 20:1-16, Лк 15:7,11-32, где под “грешниками” также, очевидно, скрыты “язычники”, см. I.2.k), ненависти евреев друг ко другу (Мф 10:21,24:10/Мк 13:12/Лк 21:16) и разрушения Храма[1]. Иудеи не желали спасения язычникам в жизни вечной, а только их уничтожения. Саддукеи отрицали воскресение, а фарисеи ограничивали его лишь праведниками дома Израиля (Иез 37:11-14, Дан 12:2 (только “многие”), ср. Ис 26:14 с 26:19), которые должны воскреснуть в последние дни (отсюда появилась поздняя вставка Мф 27:52-53, не подтверждаемая другими евангелистами). Наступление Нового Века иудеи связывали, наоборот, с собиранием рассеянных колен Израиля (Втор 30:3; Пс 105(106):47; Ис 11:12, 27:13, 49:6, 51:11, 56:8; Иер 23:6-8, 29:14, 31:10; Иез 11:17, 28:25-26, 36:24, 37:21, 39:27-28; Ам 9:14), восстановлением подлинного богослужения в Храме (Иез 20:40, 37:26-28; Дан 8:14; Амос 9:11; Авд 1:17; Агг 2:9; Зах 6:12-13), обустройством священного города (Иез 36:10, Иоил 3:20, Ам 9:15; Зах 1:16, 8:1-5, 12:6) и воцарением Мессии на престоле Давида (Пс 131(132):11; Иер 23:5, 33:15). Стало быть, и в этих вопросах воззрения Иисуса существенно расходились с библейскими.

b. Эсхатология Иисуса Христа полностью лишена фундаментальных положений и главных мотивов иудейской апокалиптики того времени: священной войны за освобождение еврейского народа, уничтожения Рима, чувств мести и ненависти, собирания диаспоры, материалистического изображения спасения и изобилия земной жизни в царстве Мессии, возрождения Иерусалима в качестве столицы мира, куда будут приходить все народы и их цари, чтобы на Сионе поклоняться и служить Яхве, полного господства над язычниками, обращения их в рабство и пр. (см. I.1.c). Напротив, согласно предсказанию Иисуса, Израиль постигнет катастрофа, все народы тоже ожидает великая скорбь и суд, что будет сопровождаться ужасающими знамениями на Небе и Земле. В конце синоптического Апокалипсиса речь идёт о “собирании избранных от четырёх ветров” (Мф 24:31/Мк 13:27), но без какого-либо намёка на их еврейское родословие, и ничего не говорится о том, каким будет грядущее Царство Бога. В понимании Иисуса это Царство – скорее надмирная реальность (Ин 18:36), “Царство Небесное”, диаметрально противоположное нынешнему эону. Для описания эсхатологического Царства используется в основном типология трапезы, брака, брачного пира (Мф 22:1-14, 25:1-13; Откр 19:9), что у гностиков именовалось сизигией. Иерусалим уходит куда-то во внеземные сферы духа, в область сакрального и сверхисторического (Гал 4:26, Евр 12:22, Откр 3:12, 21:2,10), становясь своего рода подобием Грааля, который нужно взыскать там, куда закрыт доступ непосвященным. Представления о возвращении Мессии с Неба после Его распятия на Древе и воскресении из мёртвых тоже никак не укладываются в поствавилонский “нормативный” иудаизм, который был совершенно чужд воззрения на два пришествия Мессии[2].

c. В качестве еще одного отличия учения Иисуса о последних временах с ветхозаветным выступают мотивы реализованной эсхатологии. Они наиболее характерны для “иоанновской” традиции и особенно для Логий Фомы (равно как и для гностических текстов в целом), но получают определённое место и развитие у синоптиков. Эсхатологическое Царство и конечный Суд уже наступили и присутствуют, действуя “неприметным образом” в служении Иисуса и Его учениках (Мф 12:28/Лк 11:20). Царство возвещает непосредственную близость Бога внутри людей (Лк 17:20-21; Ин 3:18, ср. 16:11). Слушающие Слово не приходят на суд, но уже перешли из смерти в жизнь (Ин 5:24). Можно сказать, в Ин Сам Иисус есть Эсхатон – завершение или конец всего. Это также серьезный разрыв с иудейской апокалиптикой, что полностью освобождает Иисуса от надетых на Него иудеохристианскими богословами оков ветхозаветчины.


Примечания:

[1] В Дан 9:26 говорится не о “разрушении” святилища и города, а об их “повреждении” (таков букв. смысл как евр. שחת, так и греч. φθερεῖ по переводу LXX; ср. с καταλυθῇ, когда Иисус говорит о разрушении Храма в Мф 24:2/Мк 13:2/Лк 21:6), что подтверждается следующим стихом, где сказано о последовавшем затем водружении “мерзости запустения” на “крыле” Храма.

[2] Учения о возвращении воскресшего Учителя Праведности придерживались ессеи, которые признали его Мессией. Но если бы ессеи усмотрели в лице Иисуса новый приход своего погибшего учителя, то в таком случае, поскольку Иисус тоже учил о своём возвращении, должны были бы продлить всю эту мессианскую эпопею аж до “третьего” пришествия и т. д., что абсурдно.

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s